Прокопьев Дмитрий Сергеевич — ассистент кафедры, врач — травматолог-ортопед.
Екатеринбург
Dmitriy S. Prokopyev — Assistant of the Department, orthopaedic surgeon.
Ekaterinburg
Аминева Полина Геннадьевна — ассистент кафедры, врач-бактериолог.
Екатеринбург
Polina G. Amineva — Assistant of the Department, bacteriologist.
Ekaterinburg
Бугаев Глеб Александрович — врач — травматолог-ортопед.
Екатеринбург
Gleb A. Bugaev — orthopaedic surgeon.
Ekaterinburg
Виноградский Александр Евгеньевич — кандидат медицинских наук, заместитель начальника госпиталя, врач — травматолог-ортопед.
Екатеринбург
Aleksandr E. Vinogradskiy — Candidate of Medical Sciences, Deputy head of the hospital, orthopaedic surgeon.
Ekaterinburg
Борзунов Дмитрий Юрьевич — доктор медицинских наук, профессор, профессор кафедры, врач — травматолог-ортопед.
Екатеринбург
Dmitry Yu. Borzunov — Doctor of Medical Sciences, Professor, Professor of the Department, orthopaedic surgeon.
Ekaterinburg
Введение. При стабильном росте количества выполняемых операций первичного тотального эндопротезирования крупных суставов актуальной становиться проблема ликвидации перипротезной инфекции (ППИ). Рост возбудителей ППИ, устойчивых к антимикробным препаратам, значительно усложняет и затягивает процесс лечения, способствуют формированию хронической инфекции, в ряде случаев со стертыми клиническими проявлениями.
Цель работы — выявить особенности микробного пейзажа при разных типах ППИ тазобедренного сустава (ТБС).
Материалы и методы. Проведен анализ микробиологических исследований 96 пациентов с ППИ ТБС: группа 1 (n = 16) — I тип ППИ; группа 2 (n = 80) — II и III типы ППИ. Пациентам группы 1 выполняли процедуру DAIR, группы 2 — двухэтапное ревизионное эндопротезирование.
Результаты. У 96 пациентов получено 103 микробных изолята: Гр(–) — 16 (15,5 %), Гр(+) — 87 (84,5 %). Среди Гр(+) MRSA, MRSE, MRSH встречали в 18 изолятах, у Гр(–) БЛРС+ — в 16 исследованиях. В структуре ППИ преобладали S. aureus (52,9 %), S. epidermidis (19,5 %), E. сloacae (37,5 %), P. aeruginosa (18,6 %) и E. Coli (18,6 %). Ассоциации при I типе ППИ (25 %) встречались чаще, чем при хронических формах (18,4 %). В 20 (19,4 %) случаях обнаружены микробные ассоциации. У 16 (16,7 %) пациентов обеих групп выявлена культурально-негативная инфекция (КНИ). Рецидив ППИ у пациентов с микробными ассоциациями произошел в трех (15 %) случаях. У пациентов с КНИ рецидив — в четырех (25 %) случаях.
Обсуждение. Рост Гр(–) флоры при ранних формах ППИ превышал показатели хронических форм, — 31,3 % и 9,2 % соответственно. DAIR в таких условиях малоэффективен. S. aureus как возбудитель инфекций костей и суставов существует в квазидремлющем состоянии, что способствует хронизации.
Заключение. В структуре этиологии ранней ППИ (I тип) преобладали грамотрицательные микроорганизмы и их ассоциации, при хронических формах (II и III тип) — грамположительные патогены. Культурально-негативная инфекция являлась причиной развития ранних форм ППИ чаще, чем хронических (25,0 % и 16,1 % соответственно). Статистически значимых различий между группами по выделению метициллинрезистентного стафилококка, а также грамотрицательных бактерий БЛРС+ не выявлено.
Introduction Due to the steady increase in the number of primary total hip arthroplasties, the problem of eliminating periprosthetic joint infection (PJI) has become pressing. The rise of antimicrobial-resistant PJI pathogens significantly complicates and prolongs treatment, contributing to the development of chronic infection, sometimes with latent clinical manifestations.
The aim of this study was to identify the microbial landscape characteristics in different types of hip joint PJI.
Materials and Methods Microbiological studies of 96 patients with hip joint PJI were analyzed: Group 1 (n = 16) with type I PJI; Group 2 (n = 80) with type II and type III PJI. Patients in Group 1 underwent the DAIR procedure and those in Group 2 underwent two-stage revision hip replacement.
Results A total of 103 microbial isolates were obtained from 96 patients: 16 (15.5 %) Gr(–) and 87 (84.5 %) Gr(+). Among Gr(+), MRSA, MRSE, and MRSH were detected in 18 isolates, and among Gr(–), ESBL+ was detected in 16 isolates. The predominant pathogens in the PJI structure were S. aureus (52.9 %), S. epidermidis (19.5 %), E. cloacae (37.5 %), P. aeruginosa (18.6 %), and E. coli (18.6 %). Associations were more common in type 1 PJI (25 %) than in chronic forms (18.4 %). Microbial associations were detected in 20 cases (19.4 %). Culture-negative infection (CNI) was detected in 16 patients (16.7 %) in both groups. Relapse of PJI in patients with microbial associations occurred in three cases (15 %). In CNI cases, recurrence developed in four cases (25 %).
Discussion The growth of Gr(–) flora in early PJI exceeded that in the chronic one: 31.3 % and 9.2 %, respectively. DAIR is ineffective in such conditions. S. aureus, as a causative agent of bone and joint infections, exists in a quasi-dormant state which contributes to chronicity.
Conclusion Gram-negative microorganisms and their associations dominate in the etiology of early PJI (type I), while gram-positive pathogens predominated in chronic types (types II and III). Culture-negative infection was a more common cause of early PJI than of chronic types (25.0 % and 16.1 %, respectively). No statistically significant differences were found between the groups in the detection of methicillin-resistant staphylococci or gram-negative bacteria ESBL+.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.